Новая газета
VK Twitter Рязанский выпуск
№35 от 6 сентября 2012 г. Политический рынок | Экономика | Общество | Культурный слой | Спорт | Блогосфера | Архив номеров
Свежие новости



Футбольные крылья Гарника Аваляна
Легенда рязанского спорта – о превратностях судьбы, странных матчах и новых вершинах


 
Когда в августе 1988 года, за месяц до своего 26-летия, в составе рязанского «Торпедо» появился тогда абсолютно никому не известный Гарник АВАЛЯН, и представить было сложно, каких высот ему посчастливится достичь в дальнейшем. Однако новобранец оказался не робкого десятка и к 30 годам дорос до высшей лиги России, а еще несколько лет спустя дебютировал в сборной Армении. Так что нет ничего удивительного, что сегодня, в день 50-летия, поздравлять Гарника Арменаковича с юбилеем будут сильнейшие футболисты страны 90-х годов прошлого века. 
 
–Гарник Арменакович, обернувшись назад, можете сказать, какое событие стало главным в вашей футбольной жизни?
 
– Главное событие – это вся моя футбольная жизнь. Важным было все, начиная от самого начала и до конца. Как тут выбирать между выступлением за сборную Армении в отборочных матчах чемпионата мира и Европы и присвоением звания «Мастер спорта России», выходом в полуфинал Кубка России и играми против сильнейших команд страны! Приятные воспоминания у меня вызывают и пять лет, проведенных в Рязани. Тогда у нас была очень приличная команда. Жаль только, что как она была во второй лиге, так и осталась до сих пор. Единственное, о чем жалею, маловато мячей забил, но если бы играл в других командах, еще не факт, что показатели оказались бы более внушительными. 
 
– На заре своей футбольной юности могли представить, что сумеете добиться столь значимых высот в своей карьере?
 
– Когда в детстве я начал заниматься футболом, у меня и в мыслях не было, что он станет главной профессией в моей жизни. Я просто беззаветно любил этот вид спорта и с удовольствием играл во дворе, в школе. Помню, когда уже учился в институте физкультуры в Смоленске и выступал за дублирующий состав «Искры», мне поступило предложение перейти в основу. Но для этого нужно было, во-первых, бросить вуз, а, во-вторых, подписаться на прапорщика. Пришлось связаться с родителями, и они сказали, что сначала нужно получить диплом, а уж потом будет футбол. Впрочем, тогда я и сам так считал. 
 
– Как же оказались в большом футболе?
 
– Когда я уже заканчивал последний курс, мы стали победителями турнира в Прохладном, где все остальные участники были команды мастеров, в том числе и рязанская. До сих пор в памяти, как диктор объявил, что первое место заняла студенческая сборная России. По распределению по окончании института я должен был попасть в дзержинский «Химик», но тогда ко мне подошел Сергей Иванович Недосекин и предложил выступать за Рязань. Я объяснил ситуацию и добавил: «Остается еще две недели, если вы сможете что-то изменить, то я не против». И только я успел приехать домой в отпуск, как прозвучал звонок, и мне сообщили, что я стал игроком рязанского «Торпедо». 
 
– Произошло это, когда вам было почти 26 лет…
 
– Да, возраст был достаточно зрелый. Но дело в том, что в большой футбол-то я до той поры не играл, а желание было огромное. Хотя поначалу приходилось тяжеловато по ряду причин. У меня даже возникло чувство, что я обязательно должен везде успеть: когда мы атакуем, я – на острие, если обороняемся – бегу на помощь своим защитникам. А, как известно, в таком ритме просто невозможно действовать с первой до последней минуты. Но чем дальше, тем становилось легче, постепенно я начал привыкать к игровой системе, поближе познакомился с ребятами. Тон в игре команды тогда задавали Александр Коробков, Сергей Пономарёв, Игорь Коняев, Сергей Попов. Они друг друга прекрасно знали, а я всеми силами старался вписаться в коллектив. Вроде получилось.
 
– А свою первую игру в рязанской команде помните?
 
– Признаться, не очень. По-моему, было это в Москве против «Динамо-2». А вот свои первые голы, а их тогда было даже два, я забил в международном матче в ворота египетской команды «Марих». А в самом конце сезона мне еще удался хет-трик в ворота рыбинского «Сатурна».
 
– И это притом, что поначалу вам чаще приходилось довольствоваться выходами на замену…
 
– Действительно, в нападении тогда существовала достаточно серьезная конкуренция. И тренеры вполне справедливо чаще отдавали предпочтение легенде рязанского футбола Александру Коробкову, который пользовался в команде огромным авторитетом. Уже прошло больше месяца, как я находился в «Торпедо», Коробков пришел на тренировку, но переодеваться не стал, а произнес такие слова: «Теперь я могу быть спокоен, потому что у меня появилась достойная замена!» После этого он сообщил о завершении карьеры, а его слова стали для меня настоящей путевкой в футбольную жизнь.
 
– Сейчас не жалеете, что оказались именно в рязанской команде, где постоянные финансовые проблемы?
 
– Я никогда и ни о чем не жалею, и вполне доволен тем, как сложилась моя жизнь. А Рязань и вовсе стала для меня второй родиной. Сюда я приехал с одной сумкой и парой грязных бутс и прекрасно помню, как в начале 1990-х годов футболисты получали талоны на сахар, на макароны, на водку, да почти на всё. А зарплата была всего ничего – 150 рублей. Да, было не ахти как, но я горд тем, что мне посчастливилось играть в одной из лучших рязанских команд, которая в 1992 году чуть было не пробилась в высшую лигу. 
 
– Что же вас удерживало в «Торпедо», ведь предложения более выгодные в финансовом плане наверняка уже начали поступать?
 
– Все правильно говорите, были приглашения и в столичный «Асмарал», и в Горький, еще куда-то на более высокий уровень. А о том, что каждый год звали в Самару, и говорить нечего. Насчет точной суммы я не скажу, но был момент, когда в Рязань из «Крыльев» приезжал Василий Жупиков просто с бешеными деньгами. Не то что я не имел таких денег, раньше я даже не видел таких сумм. Он сказал: «Приезжай, и это всё будет твоим!» Но по своей натуре я не склонен к перемене мест, тем более и руководство «Торпедо» старалось по мере сил. Мы тогда жили в общежитии напротив «ЗиЛа», а когда через какое-то время встал вопрос о предоставлении мне жилплощади, то уже в конце сезона на свадьбе у Сергея Муштруева Сергей Иванович Недосекин вручил мне ключи от квартиры.
 
– В 1993 году все же пришлось покинуть команду…
 
– Тогда команды в нашем понимании уже не было. Из-за полного отсутствия финансирования начались разброд и шатания, и нескольких игроков, в том числе и меня, отправили в Болгарию. Мы там месяца полтора на сборах проторчали и чуть было не подписали контракт на смешные 300 долларов. Хорошо еще, что нас успели обратно вернуть, сказали, что в Рязани вроде как дела налаживаются. По возвращении я дал согласие играть за «Торпедо», тем более что пообещали машину. Правда, чтобы выкупить ее, денег у меня не оказалось, а обращаться к друзьям я не захотел. Этот вопрос никак не решался, а тут в очередной раз нагрянули скауты из Самары, забрали сумку, посадили меня в машину и увезли. Через два дня в составе новой команды я уже летел на сбор в Сочи, откуда вскоре мы отправились на первую календарную игру чемпионата России. Мой дебют в элите отечественного футбола состоялся 8 марта в манеже ЦСКА, где мы уступили хозяевам с разгромным счетом 0:4. А уже 20 марта, в своей третьей игре я забил первый гол на высшем уровне, и мы обыграли «Динамо» (Ставрополь) – 3:1.
 
– И как вам на новом месте?
 
– Не поверите, первые полгода я вообще не понимал, куда попал. Это не рай, конечно, но по сравнению с Рязанью было просто небо и земля. Там не было абсолютно никаких забот – только играй и всё. 
 
– Похоже, это удавалось просто великолепно, ведь на протяжении шести сезонов вы были самым стабильным игроком самарского клуба.
 
– Всё это так. Но по иронии судьбы я вынужден был пропустить один из важнейших матчей «Крыльев» в тот период. Произошло это из-за удаления в предыдущем поединке с челнинским «КамАЗом». Буквально за минуту до финального свистка меня сбили у самой штрафной площади. Я, не дожидаясь, пока соперник выстроит «стенку», обводящим ударом отправил мяч в сетку, за что судья показал мне вторую желтую карточку в этой встрече. Представляете, как мне было тяжело, когда я первый раз смотрел игру своей команды вместе с женой по телевизору? И что это был за матч – полуфинал Кубка России против московского «Локомотива»!
 
– Говорят, в 90-е годы прошлого века на высшем уровне было немало нестандартных ситуаций…
 
– Да, чего только тогда не было! В этом смысле показателен случай, которому я сам был свидетелем, когда мы находились на сборах в Сочи. Собрались как-то на посиделки наши известные тренеры Овчинников («Локомотив» Нижний Новгород), Найдёнов («Жемчужина» Сочи), Четверик («КамАЗ» Набережные Челны), Антихович («Крылья Советов» Самара) и Павлов («Текстильщик» Камышин). Было это перед сезоном, буквально недели за две до старта. У них список команд высшей лиги подготовлен, и вот начинают: «Ну, друзья, что будем делать? Кого будем «топить»? Эту команду нельзя – это наши братья, эту тоже – друзья. А давайте вот эти две!» Выбор сделали, ударили по рукам. И вот начинается чемпионат, проходит несколько туров, у кого-то что-то идет не так, кто-то из них сам зависает. И здесь все уже как-то забывают про достигнутую договоренность, и недавние «компаньоны» начинают «топить» друг друга…
 
– А бывали в вашей карьере неспортивные предложения?
 
– Как же без этого! Не помню уже, какой был год, но на финише чемпионата крайне остро стоял вопрос о том, какая команда покинет высшую лигу. Нам предстояла игра с «КамАЗом» из Набережных Челнов, и заинтересованные люди с разных сторон пытались нас стимулировать. Заметьте, не продать игру просили – на это мы бы никогда не пошли – а наоборот выиграть. Я тогда был капитаном «Крыльев» и был в курсе всего: кто и сколько предлагал. В итоге наши премиальные выросли до такой астрономической суммы, что у некоторых игроков за пару дней до игры началась бессонница. В итоге мы с крупным счетом разгромили соперника, забил в том матче и я. Но самое главное, что произошло все это в честной и открытой борьбе.
 
– Хоть, как вы выразились, забивали не столь часто, как хотелось, некоторые из ваших голов становились настоящим украшением матчей. Как, к примеру, мяч в Димитровграде в 1992 году, забитый в падении через себя…
 
– Были такие и в высшей лиге, хотя специально подобные удары я никогда не отрабатывал. Все происходило чисто интуитивно, главное было подстроиться под мяч и любым способом завершить атаку. Это чисто футбольный эпизод, и поступал я так, как в тот момент этого требовала игровая ситуация. У меня сохранилась видеозапись (она и сейчас достаточно популярна в интернете. – Ю.М.), когда я забил волгоградскому «Ротору» в падении через себя чуть ли не с линии штрафной. Красивый гол получился и в ворота Филимонова, когда он еще играл за камышинский «Текстильщик», и тоже через себя. Да и в Димитровграде всё тоже вышло загляденье.
 
– В вашей карьере было два главных наставника – Сергей Недосекин и Александр Аверьянов?
 
– Нет, гораздо больше, тем более что в этом вопросе мне очень везло. Начать необходимо с Валерия Тимофеевича Салымова, тренера нашего Смоленского института физкультуры. Под его чутким руководством я и начал свой путь в большой футбол, именно он меня и в сборную РСФСР приглашал. Благодарен Сергею Ивановичу Недосекину, у которого был увлекательный и очень полезный тренировочный процесс. Можно сказать, что полностью как игрок я сформировался именно в Рязани. А уже в Самаре в большей степени рос в тактическом плане, сначала под руководством Виктора Петровича Антиховича, который и приглашал меня в «Крылья Советов», а потом Александра Николаевича Аверьянова. С ним наше сотрудничество продолжалось и после – в «Уралане» и «Шиннике». Также обязательно надо отметить Владимира Александровича Шкребу, который впоследствии помогал мне в работе с рязанской командой. В «Крыльях» он был тренером по физподготовке, и мы его тоже не любили за большие нагрузки, за пунктуальность, потому что в точности выполнял всё, что писалось главным тренером.
 
– В 2005 году рязанская команда под вашим руководством заняла 2-е место во втором дивизионе, что стало одним из лучших результатов в ее истории. Продолжение последует?
 
– В свое время я мог бы возглавить самарский «Юнит», куда меня настойчиво сватали, мог бы пойти в «Крылья» помощником или еще кем-то. Но этого просто не захотел. Я не слишком любил менять место жительства, тем более что сейчас я нахожусь в такой ситуации, что мне нет необходимости куда-то ехать даже для карьерного роста. Тем более, семья, сложились определенные жизненные условия. Если только в Рязани что-то изменится, появится какая-то цель… Я всегда говорил, наша команда давным-давно должна играть на более высоком уровне, но, похоже, здесь это никому не нужно.
 
– О чем-то жалеете, что-то не сбылось в карьере или лучшего и желать не стоит?
 
– Конечно, хотелось бы лучшей участи (смеется). Но также я прекрасно понимаю, что мной был достигнут на тот момент максимум возможного.



 
реклама  |  редакция |  пресс-релизы