Новая газета
VK Twitter Рязанский выпуск
№19 от 17 мая 2012 г. Политический рынок | Экономика | Общество | Культурный слой | Спорт | Блогосфера | Архив номеров
Свежие новости



Главная роль
Один есенинский день из жизни Сергея Никоненко



7 мая в рязанском селе Константиново было на редкость многолюдно. В такие погожие весенние дни здесь по-особенному красиво: небо кажется как никогда высоким и прозрачным, горизонт – бескрайним, Ока – полноводной. Но в этот день родина Сергея Есенина приготовила для своих гостей сюрпризы не только от природы. Прогуливаясь среди цветущих вишневых кустов, рязанцы неожиданно могли встретить известного актера, исполнителя роли Есенина в первом художественном фильме о поэте, народного артиста России Сергея Никоненко!

В Константиново Никоненко частый гость и для поездок особые поводы ему не нужны: уже не один десяток лет его связывают с этим местом любовь к есенинской поэзии и крепкая дружба с Константином Воронцовым, ведущим специалистом музея-заповедника. Впрочем, на этот раз для визита причина все-таки была и весьма нетривиальная: Фонд «Творческое достояние» совместно с Государственным музеем-заповедником организовал выставку-дар произведений рязанских художников Есенинскому культурному центру г. Москвы, директором которого является Никоненко.

Фонд «Творческое достояние» был создан в Рязани в 2005 году по инициативе заслуженного художника России скульптора Раисы Лысениной. Задача фонда – сохранение и популяризация творчества ушедших из жизни мастеров. Сберечь наследие художников от небытия, изучить и сделать доступным для будущих поколений – на это направляет свои усилия Лысенина. Выставка-дар, прошедшая в Константиново, – это еще один повод привлечь внимание зрителей к наследию наших художников, причем зрителей не только рязанских. Увидеть работы рязанских мастеров смогут все посетители московского Есенинского культурного центра.

Направление выставки, конечно, было продиктовано самим местом ее проведения. Для передачи были выбраны работы есенинской темы из наследия двух уже ушедших из жизни авторов. Это акварели Зои Гнатковой, выполненные в 60–70-е годы на просторах Константиново и на усадьбе поэта. И живопись и ксилография Альберта Мотина, которые передали наследники художника, присутствовавшие на встрече. Кроме этого, узнав о готовящейся акции, к ней присоединились рязанские художники Валентин Чавкин, представивший картины «Свет небес» и «Пора золотая», и Владислав Шестаков, передавший в Центр графическую работу «Поет зима, аукает» из своего цикла иллюстраций ранней поэзии Есенина. И дополнили живописные работы константиновские фотографии Андрея Павлушина.

Принимая выставку, Сергей Никоненко пообещал, что эти работы украсят стены поэтического центра, планы по созданию которого он давно вынашивает. Ведь место для него – старинный арбатский двор – определено самой судьбой.

– Нет дома без поэта! – восклицает народный артист.

Сивцев Вражек, 44 – есенинский дом: в квартире №14 двадцать пять лет прожила первая жена Есенина Анна Романовна Изряднова. Здесь вырос и был арестован сын поэта Георгий, сам Есенин часто приходил сюда навестить первенца. Арбат, 53 – дом Александра Пушкина. Арбат, 55 – Андрея Белого. По адресу Арбат, 51, приезжая в Москву, останавливался Александр Блок. Неподалеку квартиры Мариэтты Шагинян и Булата Окуджавы. Кажется, что каждый кирпичик этого московского двора пропитан великой творческой силой!

И к слову, в одном доме с есенинской квартирой родился, вырос и до сих пор прописан сам Никоненко. Такое пересечение судеб в одной точке, наверное, неслучайно, потому что только благодаря усилиям артиста сегодня на литературной карте Москвы есть этот уникальный есенинский уголок.

Сергей Петрович рассказал, что о проживании Изрядновой в этом доме он узнал случайно из ее воспоминаний: читая описание ее дороги домой, он опознал путь, которым ходит сам. Стал искать информацию, получил доступ к домовым книгам. Для начала вооружился шваброй, ведром и водой, вымыл архивную комнату, очистил от пыли и паутины. Просидел там два дня, накопал массу интереснейших материалов! Так по выписке из домовой книги в квартире одно время даже жила мать Есенина. Скорее всего, предполагает Никоненко, она приезжала морально поддержать Анну Романовну в те времена, когда сын Есенина Георгий был репрессирован. Матери сказали: «10 лет без права переписки» – но все знали, что на самом деле это означало расстрел.

С 1994 года Сергей Никоненко занимается судьбой этого есенинского уголка на Арбате. Он убеждает префектуру Центрального административного округа, что к столетнему юбилею поэта надо бы привести квартиру в порядок. «Дело хорошее, – было сказано ему, – но давайте договоримся: мы вам мешать не будем, но и помощи от нас не ждите».

Сколько организаций обошел артист в процессе создания Центра, сколько чиновничьих барьеров пришлось ему преодолеть, – сосчитать трудно, но в результате квартира была объявлена новым выявленным памятником истории литературы. С такими документами на руках Никоненко было проще бороться с фирмами, которые, уже «позолотив» некоторые руки, претендовали на эту площадь. Есенинская квартира к тому времени была в ужасающем состоянии, там жили бомжи, а в силу ее расположения на первом этаже ее постоянно заливали соседи сверху. Потрудиться пришлось немало: и ремонт сделать, и экспонаты собрать, и людей заинтересовать, и контакты наладить.

На ста семи квадратных метрах расположилась целая жизнь поэта: Рязань, Москва, Петербург – города, в которых Есенин проводил больше всего времени. В квартире было пять комнат. Одну комнату – Изрядновой – артист восстановил, начиная с обоев. Снимая со стены слой за слоем старые обои, Никоненко дошел до тех, что были наклеены на газете 1911 года. Следующие же появились лишь в 1932 году. По сохранившимся обрывкам обои одиннадцатого года сумели восстановить, и по спецзаказу Никоненко сделали на фабрике несколько рулонов. Так что теперь посетители Центра могут быть уверены в их исторической достоверности: приходя в эту комнату, Есенин видел именно эти – синие в полоску – стены комнаты.

Среди экспонатов – 26 книг прижизненных изданий Есенина. Всего их было 31.

– Никак не дается в руки читинское издание «Иисус-младенец», – сетует артист. – Книга для детей, а дети, как известно, и порвать книжку могут, и разрисовать. Поэтому, думаю, уцелевших экземпляров мало.

Есть у Никоненко и уникальная вещь – рязанская тальянка. Как-то на рынке в Измайлове один из продавцов узнал артиста: «Ты ж Есенина играл! А у меня как раз рязанская тальянка!»

У каждого экспоната в Есенинском центре – своя судьба и своя история. И, чувствуется, что рассказывать о них Сергей Петрович может часами. За эти годы Есенин стал частью его самого, войдя в его жизнь еще в школьные годы:

– Книгу Есенина мне впервые дал сосед по парте где-то в классе 7-м или 8-м: «Что ты, – говорит, – все Маяковского да Маяковского читаешь, а вот поэт не хуже!» Я открыл книгу и мне открылся совсем другой мир! Потом, когда уже поступил во ВГИК, стали говорить, что похож на Есенина и должен когда-нибудь его сыграть. Я дружил с Геной Шпаликовым (автором сценария фильма «Пой песню, поэт», – В.Н.). Не знаю, что его толкнуло написать сценарий фильма о Есенине, но он его сделал, принес на Мосфильм и сценарий взял мировой кинематографист Сергей Павлович Урусевский.

Страха перед ролью не было, признался актер, но всю глубину этой работы он, конечно же, осознавал:

– Мне еще Шукшин говорил: «Ты понимаешь ответственность, которую берешь на себя?». Кто такой Есенин для русских людей? Да и не только для русских… В каждой семье вне зависимости от национальности на книжной полке – томик Есенина. С зубной болью идешь к стоматологу, а душа заболела – только к Есенину! К режиссеру меня привел все тот же Гена Шпаликов, меня попробовали. На пробах было много артистов, но Михаил Ильич Ромм, художественный руководитель объединения, на котором снималась картина, указал именно на меня: берите, сказал, одно лицо! Весть об утверждении на роль пришла, когда я был в гостях. Сначала, конечно, была бурная радость, но после нее наступил период плотной работы. Пришлось много изучать, читать, анализировать. Кто друзья, кто враги, кого любил, кого ненавидел, почему пил, почему не пил… Встречался с массой людей, знавших его при жизни. Самые дорогие и памятные встречи были с Августой Леонидовной Миклашевской. «Глаз злато-карий омут» я видел и ощутил на себе!

Творческая судьба Сергея Никоненко сегодня – это более двухсот актерских работ, 15 фильмов, над которым Никоненко работал как режиссер. Есть 16-серийный сериал «Аннушка» о судьбе матери и дочери, который был снят по заказу Первого канала. Три года назад он был сдан, но, сетует артист, на экран его так до сих и не выпустили. Не оставляет Сергей Петрович и театральную сцену: сейчас в прокате семь антрепризных спектаклей. И всегда с особым успехом проходят литературные вечера, на которых он читает Есенина. Ощутить всю мощь, обаяние и проникновенность есенинской поэзии в исполнении Сергея Никоненко посчастливилось и гостям выставки.

– Есенин очень сильно повлиял на меня, – подводит итог артист, – и даже не столько во время работы, сколько потом. Он не отпускает меня и по сей день. Тогда я играл главную роль в фильме про него, а сегодня он играет не последнюю роль в моей жизни.



 
реклама  |  редакция |  пресс-релизы