Новая газета
VK Twitter Рязанский выпуск
№12 от 31 марта 2016 г. Политический рынок | Экономика | Общество | Культурный слой | Спорт | Блогосфера | Архив номеров
Свежие новости



Могильщик, небо и перегар
День смерти и воскрешения в спектакле скопинского театра



Премьера спектакля «Ты чё такой похнюпый?» театра «Предел» прошла еще летом в Скопине. Показ подгадали ко дню рождения Захара Прилепина – 7 июля. И после театра все плавно перекочевали в сад Делей: кипятили самовар и резали щедрыми кусками торт, принесенный мамой Захара. Сам именинник был за сотни километров, за другим праздничным столом. Но без скопинского привета не остался! Богатый на выдумки Владимир Дель придумал флеш-моб: после премьеры спектакля все зрители набрали поздравительные sms и одномоментно отправили Захару! («Телефон заглючило», – поделился он потом). Но кто бы знал, что ответом на sms станет встреча с самим писателем.

Со времени премьеры спектакль возмужал, отшлифовался. С успехом был представлен в Москве, стал Лауреатом XXII Международного театрального фестиваля «Рождественский парад – 2015» (Санкт-Петербург) в номинации «Лучший моноспекталь». Прокатился по городам и весям: Тамбов, Липецк, Воронеж, Тула. И вот, наконец, 23 марта был показан на сцене камерного зала Рязанской филармонии.

Помимо собственно театра зрителей ожидала творческая встреча с писателем Захаром Прилепиным (для справки, литературной основой спектакля стал его рассказ «Колеса»). Открывая вечер, Захар признался, что до сих пор волнуется перед показом спектакля:

– Когда пишешь, это как письмо неизвестному адресату. А здесь перед тобой целый зал, лицом к лицу.

Выйдя из плоскости печатного листа, проза Захара Прилепина получила конкретного зрителя вместо безымянного читателя. А материализовавшись в игре артиста Михаила Сиворина, обрела плоть и кровь.

Более точное попадание трудно и вообразить. И физиологически, и психологически Михаил совпадает с текстами Прилепина: живой, подвижный, взрывной, удерживающий и выпускающий скрытую силу сжатой пружины. Легко переходящий от откровенного комикования к глубоким драматическим переживаниям, от клоунады к очищающей трагедии.

В этом – почти героическом – актерском существовании на сцене режиссер Владимир Дель заключает все движение спектакля. Предметный мир скуп, но, как всегда у Деля, символически точен. Две бутылки водки – их главный герой извлекает на свет со словами: «Зато у меня были веселые друзья». Их провожает глазами, вспоминая: «Уволился с одной работы, не попал на другую».

Молодой и веселый пацан из девяностых, еще полный юношеских порывов. Еще готовый с упоением читать стихи (в спектакле звучит поэзия Захара Прилепина). Не чурающийся неблагодарной работы могильщика. Но все добрые и светлые минуты его жизни утекают сквозь пальцы вместе с огненной жидкостью из горлышка. Остается только головная боль, вонючий перегар. И мучительный, неразрешимый вопрос: почему пьет русский человек?

Может быть, потому что однажды его как котенка, зацепившегося из последних сил за подоконник, «ударили по коготку». Плюнули, натравили собаку, обругали. Каждая новая мерзость – пощечина, пинок, удар в спину. По коготку. Хочется разжать пальцы и перестать держаться. И он сорвался. Рухнул на самое дно.

В мятом исподнем, с мутным взглядом – таким появляется герой Михаила Сиворина на сцене. Жалкий, страшный, раздавленный. Похнюпый. Но даже в таком состоянии способный на мощнейшие прорывы: «Вова, ты никогда не думал... что каждый год... ты переживаешь день своей смерти? Может быть, он сегодня?»

Проживая этот последний день, герой преображается. Готовясь к финалу, одевает парадный костюм. Как крест проносит через все действие свежеструганную доску: символ своей кладбищенской работы, символ всех затрапезных кафе, подъездов, подвалов и лавочек, где можно сообразить на троих. По ходу спектакля доска передвигается из глубины на авансцену. Вслед за ней двумя рядами выстраиваются черные стулья. Срисовывая картинку, представляешь железную дорогу: рельсы, шпалы, черные колеса, которые безжалостно перемелют человека в своих жерновах. И поезд, который уходит в никуда. Или на небо?

от первого лица

Захар ПРИЛЕПИН, писатель:



Вопрос из зала: «Зачем пишутся такие рассказы?» Честно, не знаю. Таким вопросом не задаешься. Или еще любят спрашивать: «О чем ваш рассказ?». Это не про пьянство. Это попытка поймать в человеке на каких-то полутонах, мельчайших движениях его души самые страшные, удивительные и необычные реакции. Когда я пишу, то помещаю своего героя в среду, которая мне понятна: он может быть влюблен, быть на войне или на митинге, может пить. Но он должен испытать некие чувства, которые выводят его за пределы этого простого элементарного человеческого существования. Он вдруг попадает туда, где ангелы с ним разговаривают. Или ангелы его покидают. Где есть Бог. Или начинается ощущение богооставленности. Вот это чувство хочется уловить. Об этом хочется писать, а вовсе не для того, чтобы пугать кого-то или показать страшную картину русского быта. Хотя почему бы ее и не показать?..

О, вспомнил, зачем пишутся такие рассказы! На одном из спектаклей, сразу после его окончания, не оставаясь на встречу, в зале поднимается мужчина, мрачный, нахмуренный, и направляется к выходу. Подходит к моим помощникам, скупает книги. «А что, спектакль не понравился?» – спрашивают они его. На что он сурово отвечает: «Пить брошу!»
 



 
реклама  |  редакция |  пресс-релизы