Новая газета
VK Twitter Рязанский выпуск
№22 от 4 июня 2015 г. Политический рынок | Экономика | Общество | Культурный слой | Спорт | Блогосфера | Архив номеров
Свежие новости
Тариф 23 (20.11.2017)



Анатолий ОБЫДЁНКИН // Культурный слой
106, а не 108!
Плодовитый исследователь Антон ПЕРВУШИН – о космической правде, кинокризисе и прелестях советской фантастики
 

Фото Марии ДЕНИСОВОЙ
 
Антон ПЕРВУШИН – человек, которому я завидую. Потому что он фантастически работоспособен. Судя по количеству написанного, за клавиатурой он проводит большую часть жизни – только и делает, что пишет. А все прочие занятия как-то теряются на этом фоне. За малостью и незаметностью. 

На самом деле это, конечно, не так. Занимается Антон и многими другими вещами – например, успел побыть старостой знаменитого семинара Бориса Стругацкого. А еще он регулярно посещает различные конвенты. Буквально неделю назад приезжал в Рязань, вторично был гостем фестиваля фантастики «Поехали!» Где, конечно, снова рассказывал о любимой космонавтике, о которой знает почти все. И про литературу тоже рассказывал, благо сочиняет не только публицистику, но и много романов написал. В общем, почти идеальный собеседник.
 
 – Антон, вы один из самых плодовитых авторов в нашей фантастике, но не столько как писатель, сколько как журналист и публицист, один из главных экспертов на различные темы, связанные с космонавтикой. Сколько книг у вас уже вышло?
 
– Не могу назвать точное количество, поскольку сбился после достижения рубежа в 70 книг, но где-то под сотню, если не считать, конечно, написанные в соавторстве. Из них подавляющее большинство – не художественная литература, а то, что принято называть «нон-фикшн», то есть документально-исторические, научно-популярные и футурологические книги. Зато «художка» переиздавалась чаще, что тоже радует.

– Давайте начнем разговор с кино. В последнее время вышло сразу несколько фильмов, так или иначе связанных с историей отечественной космонавтики, да и в советское время такие фильмы выходили – «Укрощение огня», например. С точки зрения человека, который не понаслышке знает, что и как происходило на самом деле, насколько события, показываемые в советском, а теперь часто и в современном кинематографе отвечают историческим реалиям?
 
– К сожалению, даже в советские времена такие фильмы редко отражали реалии исторического процесса. То же «Укрощение огня» – это, по сути, альтернативная история, там нет Королева и даже Гагарина. Не изменилась ситуация и сегодня: создатели подобных фильмов готовы пожертвовать исторической правдой ради зрелищности или ради собственной умозрительной концепции. Пример первого случая – фильм «Гагарин – первый в космосе», пример второго – фильм «Бумажный солдат». Надеюсь, ситуация когда-нибудь изменится, и кинематографисты начнут ответственнее подходить к такой работе. И пусть примером для подражания станет им прекрасный американский фильм «Аполлон-13».
 
– Что, неужели там все прямо-таки документально?
 
– Да, в полной режиссерской версии все сделано настолько близко к реальным историческим событиям, насколько это вообще возможно для кино. Фильм снят с любовью к своей истории, по тексту автобиографической книги и при участии астронавтов, участвовавших в злополучной экспедиции «Аполлона-13». А какие там спецэффекты!
 
– Начали более-менее регулярно выходить фильмы и по фантастическим произведениям российских авторов – на конвенте «Поехали!» как раз показывался недавний фильм «Вычислитель» по повести Александра Громова, аж с Евгением Мироновым в главной роли. Но и он, и шумно разрекламированный несколько лет назад перед выходом «Обитаемый остров» на поверку оказались картинами, мягко говоря, не слишком высоких художественных достоинств. Как думаете, с чем связано это безобразие? Новое поколение режиссеров не владеет даже ремесленными азами своей профессии?
 
– Да, у меня тоже складывается ощущение, что в какой-то момент наши кинематографисты утратили профессиональные навыки – возможно, погнавшись за длинным и быстрым рублем. В результате преемственность поколений разорвана, и сегодня российское кино находится на уровне 1920-х годов, хотя и со звуком, цветом и даже трехмерной графикой. Что поможет вытащить наш кинематограф из кризиса, сказать не могу – возможно, помогать уже поздно. 
 
– Вам пока не предлагали что-нибудь экранизировать?
 
– Обычно мне предлагают сделать какую-нибудь оригинальную работу на основе специального сценария. Посмотрите, например, четырехсерийный документально-исторический фильм «Открытый космос», который делался для «Первого канала» к юбилею полета Юрия Гагарина – он есть в сети в легальном доступе. Получилось достойно, хотя могло быть и лучше. Но вот недавно группа молодых кинематографистов взялась экранизировать мой старый сказочно-юмористический рассказ «Иванушка и автомат», сделав из него короткометражный мультфильм. Сценарий ребята пишут сами. Обещают, что будет ярко и весело.
 
– В последнее время стало модно издавать не отдельные книги отдельных писателей, а так называемые издательские проекты, где разные авторы пишут об одном и том же мире – достаточно вспомнить серию «Метро 2033». Вы тоже участвовали в подобных проектах – «Сталкер», серия книг по миру «Обитаемого острова». С чем связан такой вал издательских проектов? Это что, литературное подобие телевизионных сериалов? В чем секрет их успеха? И насколько приятно автору работать не самостоятельно, а именно в рамках подобного проекта?
 
– К проектам я отношусь достаточно спокойно, участвовал в них, когда само понятие «проект» еще толком не оформилось: например, писал новеллизации к популярному сериалу «Секретные материалы». И писал, замечу, с огромным удовольствием. Да, вы правы в своем предположении, что отечественные литературные проекты выросли именно из «телесериальности» и удовлетворяют желание читателей вновь и вновь погружаться в некий интересный мир, видеть его в развитии, узнавать новых героев и встречать полюбившихся. Что касается отношения тех или иных авторов к участию в том или ином проекте, то это личное дело каждого. Кто-то участвует только ради денег, кто-то пробует себя на новом поприще, кто-то просто развлекается.
 
– Антон Первушин, насколько я понимаю, развлекается?
 
– В большей степени – да. Хотя берусь не за все проекты подряд, у меня есть круг предпочтений, за который я не выхожу, даже если предлагают гонорар выше среднего.
 
– Можно подробней о предпочтениях?
 
– Я люблю современную мифологию, хотя и отношусь к ней скептически: всех этих инопланетян на «тарелочках», аномальные зоны и прочих чудовищ озера Лох-Несс. На мой взгляд, эта мифология – мощный культурный пласт, связывающий науку и фантастику через потаенное человеческое желание жить в «чудесном мире». Поэтому я и выбираю проекты, которые так или иначе затрагивают современную мифологию. И работать в них мне весело и приятно.
 
– Не так давно у вас вышел сборник под названием «10 мифов о советской фантастике». Понятно, что мы постоянно находимся в мире мифов, где многие думают, что страусы в самом деле прячут головы в песок, а в озере Лох-Несс обитает чудовище, хотя любому человеку, знакомому с наукой под названием экология ясно, что такое озеро реальную популяцию крупных существ попросту не прокормит, да и видели бы их тогда намного чаще. Но интересно, какие же основные мифы бытуют в сознании обывателей именно применительно к фантастике.
 
– Там весьма обширная мифология – вкратце не пересказать. Например, среди филологов и исследователей истории литературы бытует мнение, что при Сталине фантастика всячески изничтожалась, а фантастов репрессировали как потенциальных оппозиционеров. Но когда слышишь такое мнение, сразу хочется спросить: извините, а в какие годы, по-вашему, дебютировал и набрал популярность наш знаменитейший фантаст Иван Антонович Ефремов? И, между прочим, он был не одинок. Сегодня, к моему большому удовольствию, выходит несколько малотиражных серий переизданий забытой советской фантастики. И они сами по себе опровергают множество мифов, сложившихся вокруг этого жанра в нашей стране.
 
Есть миф, что в период Великой Отечественной войны фантастики вообще не было. Есть миф, что советская фантастика всегда уступала англоязычной. Есть миф, что у нас не было достойного фантастического кинематографа. Есть миф, что советская фантастика была нацелена исключительно на популяризацию научных и технических достижений. Все это легко опровергнуть, обратившись к корпусу текстов, которые возвращаются из забвения усилиями настоящих любителей фантастики.
 
– А применительно к космонавтике есть своя, уже сложившаяся мифология?
 
– Скажу прямо: известная нам со школы история космонавтики, растиражированная в энциклопедиях и научно-популярных книгах, практически целиком мифологична. Проблема в том, что в Советском Союзе секретили не только проблемы и катастрофы, но и многие достижения, если они были связаны с военной составляющей ракетно-космической программы. А американские дела вообще старались замалчивать. В результате к 2000 году мы пришли, имея совершенно искаженное представление о том, как все было на самом деле. И борьба с мифами здесь особенно ожесточенная, потому что от представлений, которые складывалось годами и усилиями множества интерпретаторов-пропагандистов, очень сложно отказаться.
 
Самый простой пример: только в 2011 году после рассекречивания документов, связанных с полетом Юрия Гагарина, историки узнали, что летал он не 108 минут, а 106. Скажете: какая разница? Есть разница, когда речь идет об одном из величайших событий в истории Земли.
 
Сама биография Юрия Алексеевича насквозь мифологизирована. Одни считают его чуть ли не божеством; другие, наоборот, стараются принизить его вклад, доказывая, что он был всего лишь «подопытным» на борту космического корабля, а впоследствии не совершил ничего значительного. Многие грани его неординарной личности и стороны его разнообразной деятельности вскрылись опять же после рассекречивания документов. Фактически нужно переписывать биографию первого космонавта от корки до корки, чем я, кстати, и занимаюсь. Две книги об этом у меня вышли, сейчас приступаю к работе над третьей.
 
– Что еще ожидается, кроме новой книги о Гагарине?
 
– Новая книга о Сергее Королеве, книга о противоракетной системе «А» и книга о военной космонавтике. Последнюю я писал долго – получился изрядный том, почти энциклопедия. В работе – исследование о феномене зомби-апокалипсиса в массовой культуре, новый вариант «10 мифов о советской фантастике», который вырос до «12 мифов», и новый вариант моей старой книги «Завоевание Марса», посвященной изучению и освоению Красной планеты. Как видите, темы весьма разные, но все они мне очень интересны.
 



 
реклама  |  редакция |  пресс-релизы