Новая газета
VK Twitter Рязанский выпуск
№17 от 9 мая 2018 г. Политический рынок | Экономика | Общество | Культурный слой | Спорт | Блогосфера | Архив номеров
Свежие новости



Дмитрий ПЛОТКИН // Общество
Спецназовец без страха и упрека
 Боевой путь рязанца Олега Лагуткина вместил Чечню, Гаити и братание с киллером, который должен был ликвидировать офицера

Работая следователем по особо важным делам, мне как-то пришлось допрашивать одного наемного убийцу. Он назвал имя человека, которого ему следовало ликвидировать. Речь шла о моем близком друге – бывшем заместителе командира рязанского спецотряда быстрого реагирования (СОБР) Олеге Лагуткине.

Мужская работа

Олегу повезло: убийца попался раньше, чем успел выполнить принятый заказ. Вскоре в моем кабинете собралась такая вот «душевная» компания: следователь, киллер и несостоявшаяся жертва. Зная богатырское телосложение Олега, мне меньше всего хотелось, чтобы он в порыве мести покалечил обидчика. Вопреки моим опасениям, арестованный и спецназовец быстро нашли общий язык и как закадычные друзья стали вспоминать, как воевали против чеченских боевиков. Первый – в подразделении казаков, а второй – во главе рязанского спецназа. Воевали в одном районе города Грозного. Потом встреча жертвы и убийцы вообще превратилась в братание. Такое в моей практике было впервые.



Вообще, Олега за годы совместной работы мне приходилось видеть в разных ситуациях. В «лихие 90-е» Лагуткин организовывал операции милицейского спецназа по нейтрализации рязанских банд и лично руководил задержаниями «слоновских» и «айрапетовских». 

Однажды он с напарником оказался возле строительного вагона, где братва «забила стрелку» (устроила встречу). На Олега и его товарища приходилось по десятку «братков» на каждого. Подмога что-то задерживалась. Надо было торопиться. И тогда Лагуткин с криками: «Ложись, милиция!» и выстрелами в потолок ворвался в вагон и уложил собравшихся там бандитов в один штабель. Потом сам удивлялся, как это верхние не придавили нижних. Внизу почему-то оказались самые худенькие.

С тех пор самые сложные оперативные мероприятия, особо связанные с принятием нестандартных решений, поручались именно ему. Как-то в мещерских лесах пришлось брать целую группу представителей столичного преступного мира. Лесной массив окружили отрядами СОБРа и ОМОНа, в небо подняли вертолет с наблюдателями. В этот раз Олег руководил работой по задержанию преступников прямо с небес. Те пытались вырваться из леса на автомобилях, но не тут-то было. Все дороги оказались блокированными спецназовцами. Короткая перестрелка, силовые задержания… Ни одному из московских бандитов скрыться не удалось. Всю ночь при свете фонарика мне потом пришлось проводить в лесу их личные обыски. У лежащих среди кустов и деревьев братков было все: пистолеты, ружья, автомат, ножи, наркотики. Зафиксировать наличие изъятого надо было немедленно. Олег в нужный момент, как всегда, оказался рядом – спустился с зависшего вертолета по веревочной лестнице на ближайшую поляну и помогал изымать оружие.   

А затем как-то аккурат 8 марта, прихватив с собой автомат, убежал из десантного полка солдат. Забрался на крышу девятиэтажки и повел оттуда беспорядочный огонь. Возникла угроза жизни рязанцев. Для задержания стрелявшего вызвали сотрудников СОБРа и сотрудников специального подразделения Вооруженных Сил. Руководство военных настаивало на том, чтобы снайперским огнем уничтожить беглого солдата. Это было проще всего. Но что заставило его покинуть воинскую часть и стрелять по людям? Может быть, те же самые неуставные отношения… Лагуткин же настаивал на том, что беглец никого не лишил жизни и нельзя его убивать, надо принять все меры, чтобы взять его живым. Ведь у него тоже есть мать, которая ждет сына живым. Олег добился, чтобы операцию по задержанию дезертира поручили именно рязанскому СОБРу, и подготовил ее по всем правилам. Захват был молниеносен. Солдат был задержан и вскоре предстал перед судом. Никто из посторонних лиц не пострадал. 

Потом была работа по поиску исчезнувшего школьника. С родителей похищенного паренька неизвестные отморозки требовали выкуп. До самого последнего момента у Олега была надежда спасти мальчика. Он готовил операцию по его спасению. Требуемые похитителями деньги были положены в чистом поле у электрического столба. Ночью, в темноте, к этому столбу на велосипеде быстро подъехал человек, схватил пакет с деньгами и понесся прочь. Кругом, казалось, никого не было. Так, по крайней мере, думали преступники. Но за сутки до того, как пакет с деньгами был положен в назначенное ими место, на расстоянии 500 метров вокруг него были вырыты ямы, в которых спрятались офицеры из подразделения Лагуткина. Маскировка сделала свое дело, обнаружить засаду было невозможно. Когда велосипедист поравнялся с одной из таких ям, то оттуда неожиданно поднялся гроза бандитов, десантник Алексей Рябов по прозвищу Леха-война. Велосипедист и велосипед моментально разлетелись в разные стороны. Задержанный тут же сдал своего подельника, который ожидал его поблизости в кустах. Подельника скрутили также быстро, как и его приятеля. К сожалению, похищенного мальчика спасти не удалось. Преступники убили его сразу после похищения. Деньги с его родителей они стали требовать уже тогда, когда их сына не было в живых.

Через некоторое время после этого случая группа заезжих уголовников переоделась в форменное обмундирование сотрудников ГАИ и на одной из проселочных дорог остановила автомобиль известной в Рязани бизнес-леди. Бандиты «положили глаз» на ее «Лексус» и даже нашли на него в Москве покупателя. Владелицу машины они намеревались убить, а машину перегнать в столицу. Откуда им было знать, что об их намерении стало известно Олегу Лагуткину. И еще о том, что в автомобиле лежат укрытые покрывалами вооруженные спецназовцы, а за его рулем в шикарной норковой шубе, темных очках и красном платке находится один из лучших в Рязани специалистов по рукопашному бою. Правда, загримированный и с изрядным слоем женской косметики на лице. Когда вышедшая из «Лексуса» «дама» неожиданно произвела обутыми в берцы ногами несколько ультрапопулярных каратэистских ударов, а «вывалившиеся» из багажника спецназовцы закидали лжегаишников светошумовыми гранатами и открыли беспорядочную стрельбу из автоматов, у бандитов случился шок. Один из них даже скончался на месте происшествия от сердечного приступа. 

На острове Гаити

Руководство МВД никогда не забывало о способностях Лагуткина и однажды вспомнило, что в молодости он окончил факультет иностранных языков Рязанского пединститута и в совершенстве знает французский. После такого «воспоминания» Олег оказался в составе бригады Интерпола на доселе не известном ему острове Гаити в Латинской Америке. Там тоже были свои бандиты. Только черные.

Интерполовцы из разных стран мира приехали туда, чтобы помочь местной полиции нейтрализовать местные преступные группировки.  

К русскому спецназовцу полицейские из Канады и Франции отнеслись на Гаити как к экзотике. Примерно, как жители какой-нибудь заброшенной российской деревни к появлению там негра. И… решили сразу же проверить его «на вшивость». Сначала предложили потягаться в армреслинге, мол, кто кого? Олег спокойно «уложил» руки всем желающим – постоянные тренировки «с железом» сделали свое дело. Но настороженность первого знакомства не спала. Не успокоившись, международные конкуренты решили поспорить на ящик коньяка – кто ночью по горным дорогам, минуя бандитские заслоны, первым доберется с пакетами до штаба, что в 500 км от их места дислокации. Каждый сел на свой «Нисан Патрол» и отправился в опасный путь. Как в анекдоте: француз, канадец и русский… Только «анекдот» оказался несмешным: глухая беззвездная ночь, извилистые горные дороги, глубокие ущелья, бандитские засады… Можно было о многом рассказывать, но как-нибудь в следующий раз. Итог: русский спецназовец добрался в штаб первым. В общем, Канаде и Франции пришлось выставлять России ящик коньяка. После этого Олег стал полнокровным работником интерполиции. Он стал обучать местных полицейских тактике специальной подготовки, оперативно-поисковой работе, навыкам рукопашного боя.



Целый год Лагуткин провел на острове Гаити. В то время дома его ждали жена Ольга и сын Артем. Артем по примеру отца поступил на спецфакультет десантного училища. Как-то Олег издалека прислал друзьям в Россию фотографию, на которой он был рядом с высокой толстой гаитянкой и кучей негритят. Друзья отнесли фотку Ольге и пошутили: «Видишь, Оля, это его новая семья – сколько негритят за один год наделал!»

Учитывая заслуги Лагуткина в деле установления законности на далеком острове Гаити, ему неожиданно предложили поработать во французском городе Леоне, в штаб-квартире Интерпола. Престижная служба, хорошая зарплата в валюте, не сопоставимая с российской. Казалось, можно было только позавидовать. 

В зоне локального конфликта 

Но в России назревала локальная война в Чечне и именно туда перебрасывали рязанский СОБР. Отсиживаться в Европе, когда его ребята будут участвовать в боевых операциях в чеченских горах, Олег не намеривался.

И в конце декабря 1994 года Олег Лагуткин во главе рязанского СОБРа был командирован в Чеченскую республику. Там Олег стал командиром сводного отряда. В него входили спецназовцы нескольких регионов. По распоряжению свыше заночевали на семенной базе недалеко от чеченской столицы. На 17 часов 31 декабря был назначен штурм Грозного. В Грозный следовало зайти «на броне» длинной колонной. Олег до последней минуты надеялся, что штурм отменят. Он, как никто другой, понимал, к каким жертвам может привести подобное противостояние. Перед штурмом Грозного милицейскому спецназу выдали карты города. Они почему-то оказались не топографическими, а туристическими. Никакие разумные доводы высшим руководством к действию не принимались. «Туристическая прогулка» по Грозному обошлась спецназовцам слишком тяжело. Кругом руины. Таблички с названиями улиц отсутствовали. Сориентироваться по туристическим картам было нельзя. Разговаривать по связи было невозможно – все подразделения федеральных войск и МВД «висели» на одном радиоканале, в эфире звучал сплошной треск, одновременные переговоры сотен людей сливались в одно речевое месиво. Милицейскую колонну сразу же обстреляли из гранатометов. Боевики засели в подвалы и вели оттуда прицельный огонь. Первый спецназовский БТР был подожжен сразу же после въезда в город. Военные тоже потеряли несколько бронетранспортеров. Взять Грозный с первой попытки не получилось. 

Возвращался назад Олег тоже «на броне», вместе со снайпером. На улице туман и мороз. Видимость нулевая. По пути обстреливали. Замерзли так, что руки и ноги не разгибались. Когда приехали к месту дислокации, их пришлось снимать с бронетранспортера в тех позах, в которых ехали по морозу – с согнутыми ногами и руками. Это было похоже на трупное окоченение. Только они были живыми. 

Снова расположились на семенной базе. Отогревшись, легли спать на зерно. Неожиданно под зерном обнаружили растяжки с гранатами. Повезло, что никто из них за растяжки не зацепился еще прошлой ночью.

На следующие сутки, со второй попытки руководимый Лагуткиным сводный отряд спецназа добрался до грозненского консервного завода и закрепился там. Далее пошли рейды по городу и зачистки захваченных территорий.  



Вскоре командировки в зону боевых действий стали для сотрудников рязанского СОБРа обыденным делом. Олегу Лагуткину каждый раз приходилось формировать боевые группы СОБРа, командировавшиеся в Чеченскую республику. Для поездок сотрудников милиции на войну часто не хватало нужной экипировки, питания, теплой одежды, обуви, даже нужного стрелкового оружия, прежде всего – снайперских винтовок. Все это приходилось выпрашивать, доставать, покупать, иногда даже за свои личные деньги.

Политики и журналисты придумали термин «локальные конфликты». На самом деле в Чеченской республике шли полномасштабные военные действия. С применением самолетов, реактивных снарядов, артиллерии, мин, фугасов. Бандформирования устраивали охоту на офицеров спецназа. Так на одном из поставленных бандитами фугасов подорвался «Урал» с сотрудниками рязанского СОБРа. Тогда погибли Алексей Рябов – Леха-война, Константин Селиванов и Александр Ионов. Их гибель для Лагуткина стала личной трагедией. 

Судьба написана не нами   

Пережить это было очень сложно. Идти в бой, на смерть, порой бывает легче, чем отправлять в бой и на смерть своих друзей. Пройдя еще несколько командировок на войну, Олег Лагуткин закончил службу в органах внутренних дел. Казалось, можно было бы пожить спокойно. 

Но судьба спокойствия ему не предоставляла. Сначала во время учебных прыжков с парашютом неудачно приземлился сын Артем. Длительное лечение в госпитале и комиссование с воинской службы. Жена Ольга, долгое время проработавшая переводчицей с английского языка на рязанском нефтезаводе, перешла работать учительницей в среднюю школу. Ребятишки полюбили новую учительницу. Но однажды перед 8 марта, когда она радостная, с букетом цветов возвращалась из школы, в одном из старых рязанских дворов на нее неожиданно напал взбунтовавшийся стаффордширский терьер. Эту боевую собаку называют машиной для убийств. В порыве ярости собаки этой породы, цепляясь когтями, могут лазить по заборам, а во время собачьих боев не чувствуют боли, когда в них вгрызаются чужие собачьи клыки. В этот раз животное вырвалось от хозяйки и почему-то набросилось на Ольгу. В прыжке стаффорд попытался схватить ее за горло. Ольга успела подставить руку. Это, наверное, и спасло ее. Рука оказалась перекушенной, кость руки сломанной, а шея и лицо поврежденными. Подбежавшая хозяйка отогнала собаку. Теряя сознание, Ольга успела позвонить мужу по сотовому телефону. Через несколько минут он был уже на месте происшествия. Жизнь Ольги пришлось спасать медикам.

Потом несколько сложнейших операций в специализированном московском медицинском центре. Олег все это время был рядом с женой. Он всегда находился рядом с людьми, которым была нужна его помощь. 
 
Трудная мишень

Разматывая приготовление к убийству Олега Лагуткина, мы вычислили человека, заказавшего его. Здесь сплелось все: зависть, злоба, подлость, мерзость и еще много чего. Ведь тому, кто пожелал его смерти, Олег неоднократно помогал. Оказалось, что в жизни бывает всякое. Но это, как говорят, уже совсем другая история. 

Арестованный нами преступник был профессиональным киллером, совершил несколько заказных убийств. С целью исполнения очередного заказа он даже заходил в офис компании «Рудо», где Олег Лагуткин в то время работал начальником службы безопасности. Хотел познакомиться с будущей жертвой, изучить его образ жизни. Даже сделал вид, что хочет устроиться в эту фирму на работу. 

«Но, поговорив с Лагуткиным, я понял, что такого человека, как он, просто так не возьмешь, себе дороже обойдется. Встретившись с ним, я решил не исполнять принятый заказ, – глядя мне в глаза, произнес арестованный киллер, – это очень трудная мишень!»

Автор - почетный работник прокуратуры РФ, член Союза писателей России.



 
реклама  |  редакция |  пресс-релизы