Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№44 от 11 ноября 2021 г.
Свежие новости
Феликс из пепла
Дзержинский по количеству памятников в Рязани обогнал Павлова, Циолковского и Салтыкова-Щедрина

Далеко не все знаменитые рязанцы удостоились персонального монумента на родине. В областном центре нет памятников актерам Эрасту Гарину (крошечный арт-объект не в счет) и Александру Фатюшину, олимпийским чемпионам – борцу Анатолию Рощину и конькобежцу Виктору Косичкину. Зато основатель и первый руководитель советских карательных органов Феликс Дзержинский получил в нашем городе целых два изваяния, обогнав по этому показателю, например, нобелевского лауреата Ивана Павлова. Первое открыли в 2018 году во дворе нового здания регионального управления ФСБ, занимающего полквартала на улицах Горького и Кудрявцева.

Вторая скульптура была воздвигнута напротив Управления уголовного розыска УМВД России по Рязанской области на улице Лермонтова. Бюст красного якобинца обрел официальный статус 8 ноября, но как утверждают наши источники, этот архитектурный объект появился на территории бывшего детского сада, где размещается региональный УГРО, еще в допандемийные времена.

Как сообщает пресс-служба рязанской полиции, церемония состоялась в День памяти сотрудников органов внутренних дел, погибших при выполнении служебных обязанностей. В открытии участвовали не только начальник рязанского УМВД Владимир Алай, но и шеф регионального УФСБ Сергей Ерофеев. Присутствие столь статусных гостей, видимо, подчеркивает особые чувства, которые питает полицейское и чекистское начальство к личности железного Феликса.

А вот дальше началось самое интересное и познавательное. После речей и оружейного салюта всех гостей пригласили на совсем недавно созданную музейную экспозицию, посвященную «славной истории рязанского уголовного розыска, куда вошли фотографии легендарных сыщиков, наградные листы, медали, макеты боевого оружия и памятные документы, связанные со службой в подразделениях уголовного розыска и подвигами оперативников».

Внимание к истории героического ведомства и уважение к памяти погибших товарищей, безусловно, достойны уважения, а не сарказма. Но почему символом блестящей розыскной деятельности и храбрости оперов должна служить такая противоречивая фигура, как Дзержинский? Методы красного террора и революционной целесообразности как-то не очень соотносятся со словами о правовом государстве, написанными в первой статье российской Конституции.

Разве нет в истории рязанского УГРО сыщиков, руководителей и знаковых фигур, чьи образы стали бы основой для памятника? Впрочем, если образ железного Феликса для чиновников столь притягателен и универсален, то памятник ему, как известному борцу с беспризорностью, видимо, совсем скоро откроют в одном из рязанских детских домов.

Дежурный субъект рязанской редакции