Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№10 от 12 марта 2015 г.
Свежие новости
Шедевры и огрехи молекулярной кухни
Две чувственных премьеры в Рязани: лавры режиссеров и количество проданных экземпляров книг ничего не значат, если зритель не хочет стоя аплодировать после спектакля


mediaryazan.ru
 
Чего хочет женщина, задумались два областных театра: драматический и кукольный накануне праздников. Решили: желательно, комедию и желательно о них, то есть о нас, в общем, о дамах. Отправившись получать культурное удовольствие в выходные дни, я взяла на себя смелость исключительно как зритель, но театр любящий и трепетно к нему относящийся, сравнить премьеры и выяснить, у кого желание удовлетворить прекрасный пол вышло наиболее изящно.
 
Смех сквозь драму
 
От пьесы Лоры Каннингем «Прекрасные тела» ждали «Секса в большом городе», только по театральному изысканного. Хотелось «поговорить» устами героев о нашем, насущном. В конце концов, увидеть эдакое алаверды «Квартету И» с его рассуждениями от имени мужчин. Я ждала кома в горле, смеха до мимических морщинок и самодовольного «Да, мы такие!». Тем более, что мизансцена всем без исключения знакома: подруги собираются на девичник и за милыми беседами, приправленными вином и обсуждением внезапной беременности одной из них, разговоры становятся все более откровенными. Извечный поиск смысла жизни, идеальной диеты и мужчины «не козла» должен был привести зрительный зал к катарсису. Узнайте в героине частичку себя и в дружном единении всплакните о нелегкой женской доле. А вышло вот что…
 
Вы любите салат «Цезарь»? Простые ингредиенты, классическое сочетание вкусов и, казалось бы, можно ли испортить это блюдо? Однако, именно качеством исполнения салата чаще всего тестируют рестораны. Свежесть листьев, сочность филе, точность выбранной формы подачи пармезана и умение шефа не испортить заправку – это делает «Цезарь» либо заслуживающей аплодисментов чаевых классикой, либо просто смесью листьев, курицы и сыра. Красотки театра Драмы очень старались. Они прилежно входили в образ, было видно, как искренне пытаются полюбить своих героинь и прочувствовать текст. Стараются, аж руки заламывают, аж на крик переходят, а все никак. До успеха культового сериала о дамах с Манхеттена не помогли дотянуть ни симпатичные лофт-декорации, ни режиссерские разводки, ни даже сумасшедшее стильные рыжие сапоги одной из барышень на сцене. Кстати, сапоги в сочетании с зелеными лосинами как раз оставили приятное впечатление и заставили себя обсуждать в антракте, так что пища для разговоров все-таки возникла. Но возвращаясь к сравнению с высокой кухней, то ли повар пересолил, то ли курица несвежая, или гостья придирчива. Но эмоции переходили на фальшь, доверительные монологи «на зрителя» слезу не вызывали и ужасно мешало бесформенное черное платье на хорошенькой фигуре героини. Да, представьте, я развлекала себя придирчивым изучением нарядов. Где они их берут? Кто решил, что такое носят? Откуда эти каблуки с хипстерской рубашкой? Почему в этом спектакле так много внимания эмоциональности, но недостаточно истинных эмоций?
 
Куклы, люди, Чехов.
 
Зарисовки по рассказам Антона Павловича «Загадочная натура» «Предложение» и водевилям-шуткам «Драма» и «Медведь». Это 4 истории, собранные воедино, искусно преподнесенные как цельное творческое блюдо, настолько органично поданное, что не остается сомнений, великий Чехов наверняка так и задумал! Режиссер, смеясь, намекает на возраст текста и извечность историй клубами искусственной пыли и пудры на декорациях. Мол, из нафталинового сундука достаем сюжеты, однако, с первых же минут ты там, на сцене, с ними, удивительными и неповторимыми лицами из папье-маше и руками на ниточках, органичными актерами, режиссерскими находками. Ты глубоко ныряешь, не успев набрать достаточно воздуха, и жадно глотаешь его в секундных паузах, успевая только подумать: как это им удается? Вот так обнять зрителя и держать до конца. Здесь длинные диалоги – но на одном дыхании, здесь переодевание мужчины в женщину, но это даже изящнее, чем в «Здравствуйте, я ваша тетя», здесь ужимки, гротеск, бархат и рюши, а ощущение легкости, тонкого юмора и безусловное «Верю» в прерывающих текст аплодисментах. Спектакль дышит со зрителем в единении, публика смеется не стесняясь, повторяет хлесткие фразы Чехова, комментирует игру и эффекты. Эта родственность публики и труппы – самая искренняя и наивысшая оценка. А уж прибавить сюда живые инструменты, не безупречный и тем более подходящий действию живой вокал – и на выходе почти шедевр молекулярной кухни!
 
Сравнить-нельзя-оставить
 
Я нарочно избежала фактов изначально. Потому что твердо убеждена: история создания, лавры режиссера, количество проданных экземпляров книг ничего не значат, если зритель не хочет стоя аплодировать по окончании. Вместе с тем, уже два дня как я веду внутренний монолог: ну почему? Общего у этих двух историй не так уж и мало: оба спектакля поставили приглашенные режиссеры и у каждого за плечами свои регалии. Олег Жюгжда, знаменитый белорус, номинант «Золотой маски» поставил водевиль по Чехову с актерами-рязанцами. На сцене Драмы блистали красотки областного театра, постановкой занималась Анна Потапова, за плечами которой удачные работы в Питере и Москве. Но если в Куклы хочется теперь всю Москву привезти, то славных актрис из «Красоток» и ругать-то неудобно, они по своему умнички, но – зритель снисходительно кивает, мол, не плохо… для Рязани. А разве может среднюю постановку оправдать географическое положение? Объяснить может, а оправдать никак. Здесь не нужны архибюджеты, и в арсенале каждой труппы вроде бы все есть. Остается только убедить себя, что Антон Павлович сыграл суровую шутку с американской более юной коллегой и вдохновил блистательный коллектив театра вроде бы для детей на очередной подвиг под названием взрослый Театр.
 
Римма МАКСИМОВА