Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№02 от 17 января 2019 г.
Свежие новости
Футбольная душа подводника
 Игравший в первом составе рязанского «Спартака» Евгений Апухтин стал незаурядным тренером и поставил над собой рискованный эксперимент

Партнеры по главной футбольной дружине области первого созыва (1949 год) почему-то считали Евгения Михайловича АПУХТИНА москвичом. Видимо, по своим игровым качествам он вполне подходил под статус «иногороднего», к которым в то время было особое отношение. На самом же деле он наш, рыбновский, практически всю свою жизнь посвятил спорту, внес заметный вклад в воспитание нескольких поколений своих земляков.

В наступившем году исполняется 105 лет со дня рождения Евгения Михайловича, и в связи с этой датой спортивный обозреватель «Новой» отправился в Рыбное, где встретился с его дочерью Татьяной Евгеньевной, воспитанниками.

– У него очень рано умер отец, – начинает свой рассказ Татьяна Евгеньевна, – и мать осталась с одиннадцатью детьми на руках. Он был предпоследним, поэтому отца своего совсем не помнил. Мать – внучка священнослужителя, обладала неплохими знаниями, была костоправкой, дожила до 94 лет. Фактически в одиночку всех своих детей поставила на ноги. Все ее сыновья, которые участвовали в войне, вернулись домой живыми, в том числе и мой папа, который был подводником. В детстве он очень любил математику, поэтому в четырнадцатилетнем возрасте работал счетоводом в железнодорожном магазине.

– Что сохранилось в памяти из воспоминаний Евгения Михайловича о войне?

– Вы знаете, он очень не любил затрагивать эту тему, видимо, просто не хотел меня пугать. Службу на Балтийском флоте начал задолго до начала войны, был радистом на подводной лодке. Домой возвратился только в 1946 году с медалями на груди, так что флоту отдал более десяти лет. Уже на поминках его друзья рассказали случай из военной жизни, когда их лодку забросали глубинными бомбами, и ей пришлось залечь на самое дно. Все механизмы были отключены, кислород поступал только одному командиру. Когда бомбежка наконец закончилась, и их субмарина всплыла на поверхность, матросы были еле живы, после этого их два-три месяца отхаживали в Батуми. Впоследствии продолжительное кислородное голодание дало о себе знать: сердце у него было сильно изношено, он так и не дожил до пенсионного возраста.

– И это притом, что ваш отец был очень спортивным человеком?

– Действительно, он и велосипедным спортом занимался, и боксом, и на коньках катался, и на лыжах, в теннис играл, был прекрасным шахматистом. Но при этом футбол всегда оставался на первом месте. Даже когда проходил службу на флоте, как-то умудрялся находить время для участия в соревнованиях. Сохранилась фотография, на которой в Кронштадте запечатлена его команда подводников. Возвратившись домой, стал работать начальником кинофикации, проверял клубы по району, но и с футболом не расстался – играл за рыбновскую команду, был одним из лидеров. 



Во время службы на Балтийском флоте

Ненадолго прервем рассказ Татьяны Евгеньевны и окунемся в 1949 год, когда в Рязани была организована команда для выступления в первенстве СССР. В числе участников исторического матча главной дружины региона (тогда она называлась «Спартак») под номером «один» был и рыбновец Евгений Апухтин. Впрочем, дебют наших земляков удачным никак не назовешь, по этой причине уже после первого круга произошла смена тренера, состав в спешном порядке был переформирован. В результате чего из первопроходцев осталось лишь несколько человек, в том числе и Апухтин, несмотря на то, что был значительно старше своих партнеров.

– Чем занимался ваш отец после «рязанской командировки»?

– Его назначили председателем Рыбновского спорткомитета. По воспоминаниям очевидцев, спортивная жизнь в районе тогда бурлила, а ее центром был городской стадион. Во время футбольных матчей он всегда был битком, лавочек на всех не хватало, людям приходилось «болеть» стоя. Эту должность он занимал несколько лет, но в середине 1950-х годов вынужден был ее покинуть. Зарплата маленькая, а он уже был семейным человеком, поэтому устроился в Рыбновское локомотивное депо. Еще во время работы в кинофикации познакомился со своей будущей женой, красавицей из села Константиново, хотя разница в возрасте у них была заметной. Потом появилась я: из-за возникших при родах сложностях больше детей у них быть не могло. Отец, конечно, очень хотел сына, но стал для меня самым близким человеком, а внука так и не дождался.



1939 год. Команда подводников в Кронштадте (шестой слева – Евгений Апухтин)

– А каким Евгений Михайлович был человеком?

– Умным и для своего времени хорошо образованным. У него был целый сарайчик, забитый книгами, которые он перечитал. И очень возмущался, когда, возвратившись с войны, их не обнаружил: сестры с матерью в трудные времена растапливали ими печку. Больше всего сожалел о книгах Сергея Есенина. Он его настолько любил и почитал, что знал на какой странице и на какой строчке что напечатано. Вот до такой степени! Его фронтовую тетрадь с переписанными от руки стихами поэта-земляка я передала в музей. Отец очень любил природу, обрезал знакомым деревья в саду, был страстным голубятником. Когда уже лежал в больнице, его питомцев приходилось кормить мне. Незадолго до своего ухода он как-то сказал: «Я ставил эксперимент, можно ли в нашей стране прожить честным, порядочным рабочим. И пришел к выводу, что нельзя…»

– Насколько мне известно, и в депо он развел бурную деятельность.

– Все верно, на общественных началах стал тренировать молодежные команды, был прекрасным воспитателем. Он меня всегда с собой брал и на тренировки, и даже на игры в Рязань. А ребята были разные, в том числе и хулиганистые, но благодаря его усилиям по кривой дорожке никто не пошел. Сейчас при встрече со мной всегда отзываются об отце самыми добрыми словами.

– Для ребят моего поколения Евгений Михайлович был вторым отцом, – вспоминает ветеран рыбновского футбола Виктор Федорович Прокудин. – Два-три поколения молодых ребят он отвлек от дурных дел, закалил характер, подготовил к службе в армии. Благодаря его стараниям многие нашли свою жизненную стезю, вышли в люди, стали настоящими профессионалами своего дела. Немало среди его воспитанников получили высшее образование, впоследствии трудились в серьезных государственных структурах. А уж футболистов подготовил не сосчитать: играли не только в рыбновском, но и в сильнейших рязанских клубах, имели приглашения в команду мастеров.

Среди воспитанников Апухтина и Виктор Тимофеевич Люшнин, впоследствии занимавший ответственные должности в областном правительстве, администрации Рязани: 

– Евгений Михайлович – один из моих первых тренеров, к которому я попал в 1957 году. Помню, как пацаном бегал на тренировки на стадион «Локомотив». А дядя Женя в нас всю душу вкладывал, привил нам любовь к футболу: я и сейчас стараюсь не пропускать игр нашего ФК «Рязань». Перед глазами до сих пор его красивые, какие-то своеобразные бутсы, больше таких не было ни у кого. Он нам всегда говорил: «Ребята, обязательно бейте по воротам. Десять раз пробьете, один обязательно залетит». Впоследствии я не раз на собственном опыте убеждался в правоте его слов.

В середине 80-х годов прошлого века вышел в свет публицистический сборник, посвященный юбилею общества «Локомотив». На его страницах главный инженер депо Рыбное, ударник нескольких пятилеток, кавалер ордена Трудового Красного Знамени и других наград Юрий Васильевич Даниченко поведал о тех, от кого «заразился» любовью к спорту. И в первую очередь о тренере команды «локомотивщиков», методисте по спорту Евгении Михайловиче Апухтине: «Фамилия-то какая, футбольная! Энергии этого человека хватало на всё. Его энтузиазм передавался каждому рабочему. Именно с тех пор благодаря Апухтину большинство членов трудового коллектива регулярно стали заниматься физкультурой и спортом. И эстафета здоровья передается из поколения в поколение».