Новая газета
VK Twitter Рязанский выпуск
№45 от 23 ноября 2017 г. Политический рынок | Экономика | Общество | Культурный слой | Спорт | Блогосфера | Архив номеров
Свежие новости



Нина ЛАВРОВА // Общество
Добить лежачего
 Искалеченной маме погибшего в страшном ДТП трехлетнего Елисея отказали в установлении инвалидности

Русский язык богат на пословицы и присказки, которые отражают суть нашего мировоззрения. Правда, зачастую одни противоречат другим. Когда дети собираются начать какую-то подвижную игру, напоминают друг другу главное правило: «Лежачего не бьют!» Казалось бы, неплохо перенести это правило и во взрослую жизнь. Но там, за чертой совершеннолетия, неизменно срабатывает другая поговорка: «Пришла беда – отворяй ворота!»

«Новая» подробно рассказывала о ДТП (№37Р от 28 сентября 2017 г., статья «В двух шагах от жизни»), в которое в конце января 2017 года попала Настя Харченко и ее трехлетний сын Елисей. Ребенок погиб через несколько минут после наезда иномарки, мама выжила, но получила множественные переломы и другие травмы. В Областной клинической больнице в Канищево, куда ее доставили после аварии, спасли Насте жизнь и «собрали по кусочкам» ноги, но собрали почему-то неправильно. Теперь Настин папа на средства, собранные рязанцами, возит ее в московскую клинику, где «переделывают» ноги молодой женщине.

Переломана и «здорова»

Когда я зашла к Насте впервые, захотелось спросить «девочку», дома ли ее родители. Она невысокого роста, хрупкая, с огромными выразительными глазами, которые больше не смеются. Как у старушки, пережившей всех своих детей и родных, и в одиночестве доживающей свой век. 



Невооруженным глазом видно, как искалечены ее ноги: они разной длины и разной степени «опухлости». После выписки из ОКБ она уже несколько раз побывала на операционном столе в Центральном институте травматологии и ортопедии им. Приорова: ей ломали кости и сращивали заново. Сейчас Настя переживает очередной послеоперационный период, но в среду, 22 ноября, легла на обследование в другую клинику, которая специализируется на заболеваниях эндокринологии. Дело в том, что у Насти врожденный гипотиреоз – нехватка гормонов щитовидной железы. Заболевание обострилось в связи с ослаблением организма после получения множественных травм.

Настин отец, Константин Кузнецов, решил бороться за здоровье дочери, ведь ни самой ей, ни ее мужу (который работает на заводе и не может брать бесконечные отгулы,ред.) не справиться. Но и у него, отставного военного, начинают опускаться руки.

«Дорога только в один конец, до Москвы, стоит недешево, ведь я не могу повезти Настю на обычной электричке: ей необходимо то встать, то вытянуть ноги. Она просто не в состоянии будет перенести такую дорогу. Да и мне в столице никто не предоставляет бесплатного жилья – это понятно, что даже ночевка "влетает в копеечку". Осматривают Настю и делают операции по страховому полису, на все остальное нужны немалые средства. Мы надеялись, что дочери дадут группу инвалидности, после чего проезд до места лечения станет бесплатным. Но Насте отказали в этом», – говорит Константин.

По словам Константина, в первый раз отказали в получении инвалидности по той причине, что Настя не прошла реабилитацию. После первого отказа она прошла курс реабилитации в ОКБ, продолжает лечиться в Москве, но на этот раз ей отказали с той же формулировкой. 

«Нам снова сказали, что она не прошла реабилитацию. Как это? Просидели в очереди на медико-социальную экспертизу четыре часа, долго Настю осматривали, изучали ее документы, но отказали. Я вот что не понимаю: кому же тогда давать инвалидность, как не ей? Она же с конца января из больниц не вылезает, у нее стойкая утрата здоровья и ограничение движения – об этом врачи поликлиники №4 сообщали в суд. И, по мнению наших "специалистов", Настя считается здоровой. Это за гранью добра и зла», – возмущается дед погибшего мальчика. 

Харченко уже не в первый раз сталкивается со странным, мягко говоря, отношением МСЭ. Дело в том, что Настя уже имела инвалидность из-за гипотиреоза, но во время беременности инвалидность сняли. Будто врожденное заболевание прошло. 

«Когда я забеременела Елисеем, врачи отнеслись ко мне очень чутко, постоянно наблюдали в перинатальном центре. Беспокоились о том, как будет протекать беременность. Все именно из-за проблем с эндокринной системой. Сын родился здоровым, я тоже чувствовала себя хорошо. Но инвалидность почему-то сняли», – вспоминает Настя.

Отец дополняет: «Видимо, посчитали, что, раз у нее в порядке детородная функция, то и инвалидность ни к чему. Говорят, были случаи, когда даже женщины в коме рожали, – они тоже автоматически здоровыми становились? В коме, но здорова – вот какие чудеса у нас случаются». 

В который раз о полковнике

Ни для кого не секрет, что, если работают все члены семьи, то в наши дни еще можно как-то выжить, выкарабкаться, выкрутиться. Если появляется хотя бы один иждивенец, да еще требующий постоянного лечения, наступает финансовая катастрофа. Именно так случилось и в семье Кузнецовых-Харченко: 8 ноября отцу пришлось написать заявление по собственному желанию, Настя уволится из детского сада со дня на день – ее уже уведомили о необходимости такого шага. 

Слушая о бывшей работе Константина, в который раз убеждаешься, как тесен мир. Он служил в войсковой части 41521, которая базируется в Дягилевском военном городке. Это долгая «Санта-Барбара», описывать всю не имеет смысла. Суть в следующем: в первый раз Константин «вылетел» со службы за то, что «совал свой нос, куда не надо». Но сумел доказать в суде, что невиновен, что действовал строго по закону, и восстановился на прежнем месте работы. Его непосредственный начальник, полковник Николай Варпахович (который, не имея на то ни малейшего права, подписал разрешение на строительство двух 10-этажных домов на улице Белякова, – ред.), не захотел иметь возле себя строптивого сотрудника, который ищет правды в распределении служебного жилья и расходе топлива, и «попросил на выход» повторно. Кузнецова «подловили» на том, что ему нужно было сопровождать дочь к месту проведения операции.

«Я всегда служил честно, без нареканий. И почти всегда знакомые мне офицеры были людьми чести, людьми понимающими. Но командир "зацепился" за наше горе, мое вынужденное отсутствие на рабочем месте, о котором я предупреждал, расценил как прогул. Но все к тому и шло: он просто не давал мне работать, нарушая предписание суда», – пояснил Константин. 

По его словам, коллеги-военнослужащие, вопреки отношению полковника, всячески поддерживали его, собирали средства на похороны внука и лечение дочери. 

Настю уведомили о том, что вскоре ей придется уволиться из детского сада №102, потому что 18 декабря заканчивается ее трудовой договор. Из декретного отпуска выходит сотрудница, на месте которой работала Настя. По словам заведующей дошкольным учреждением Анастасии Белокрыловой, при удачном стечении обстоятельств она предложила бы Харченко другое место, но в настоящее время штат полностью укомплектован, да и здоровье Насти не позволит ей работать даже на половину ставки.

Вернуть то, что пока возможно

Семья экс-сотрудника МВД Эдуарда Юрчака, по вине которого произошло ДТП, выплатила средства, частично возмещающие моральный ущерб и лечение в ОКБ. Судебное разбирательство еще далеко от логического конца: то эксперты не могут установить, была ли превышена скорость во время ДТП, то не понимают, по какой причине вообще сотрудник полиции сбил двух человек, переходивших дорогу по пешеходному переходу на разрешенный сигнал светофора. И Настя, и ее отец настаивают на том, чтобы виновник понес заслуженное наказание и выплатил материальный и моральный ущерб. Но исход дела может осложниться тем, что Управление МВД по Рязанской области также потребовало возместить средства, затраченные на обучение курсанта Юрчака.

«Дело в том, что после окончания обучения он должен был отработать несколько лет по контракту, – пояснил Константин. – Но после совершения наезда и смерти ребенка его уволили. Получается, не вернул долг МВД. И управление поспешило потребовать с него эти деньги – чуть более 147 тысяч рублей. Юрчак признал свою вину, забыв уведомить суд о том, что в отношении него ведется уголовное дело. А значит, административный иск может и подождать, согласно закону. Словом, все идет к тому, что при вынесении приговора будут учтены все смягчающие вину Юрчака обстоятельства: вскоре у него самого родится ребенок, да он еще должен будет заплатить Управлению МВД, – предполагает Константин. – И где здесь справедливое правосудие?»



Настина семья прекрасно понимает, что, если сейчас прервать лечение, молодая женщина останется на всю жизнь калекой. Что с ней станет – с матерью, потерявшей сына? С другой стороны, в семье уже не знают, где добывать средства на лечение жены, сестры и дочери. Понятно, что маленького улыбчивого мальчика Елисея уже не вернуть. Но пока еще можно вернуть здоровье его живой, но сильно пострадавшей маме.

Для всех, кто захочет помочь пострадавшей в страшном ДТП, публикуем реквизиты расчетного счета Анастасии Харченко.

Если вы юридическое лицо и хотите помочь:

Счет получателя: 40817810353001135328

Банк получателя: Рязанское отделение №8606 ПАО Сбербанк город Рязань

ИНН банка получателя: 7707083893

БИК банка получателя: 046126614

Корреспондентский счет: 30101810500000000614

Код подразделения банка по месту ведения счета карты: 40860607770

Адрес подразделения банка: г.Рязань, ул.Маяковского, д.37

Если вы физическое лицо и хотите помочь: 

Карта Сбербанка России 2202 2002 9320 7401 
Харченко Анастасия Константиновна
 



 
реклама  |  редакция |  пресс-релизы