Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№32 от 29 августа 2013 г.
Свежие новости
От «Високосного Года» – к «Сегодня в Мире»
Экс-музыкант популярной группы – о новом проекте, внутреннем хит-параде и испорченных песнях


 
В 2006 году закончилась группа «Високосный Год», ее покинули сразу двое «отцов-основателей» – бас-гитарист Павел СЕРЯКОВ и клавишник Илья СОСНИЦКИЙ. И почти сразу затеяли собственный проект – группу «Сегодня в Мире». 
 
В отличие от «Високосного Года», ее не зовет на «Рождественские встречи» Алла Пугачёва, она не выступает на фестивалях «Песня года», и даже по радио ее не услышишь. Но в современном поп-роке трудно найти более интересных мелодистов, чем Павел и Илья. 
 
Даже их музыкальный «почерк» легко узнаваем: так, впервые услышав их новую песню «Звездный мальчик», я сразу понял, что играют музыканты «Високосного Года». А узнав, что они теперь затеяли свой проект, понял, что у этой симпатичной группы всё окончательно в прошлом: песни – песнями, но многое там держалось на их более чем качественных аранжировках. Подобная узнаваемость – явление редкое, сразу вспоминаются Марк Нопфлер или Юрий Наумов, манеру игры которых вообще можно узнать буквально по паре взятых ими нот. 
 
С текстами у «Сегодня в Мире» тоже всё в порядке. Вот, например, концовка отличной песни «Пожарные ждут звонка»:
 
Всё настоящее стало прошлым,
всё, чем была наша жизнь.
То, что было важным, 
стало просто хорошим – 
ретро и ностальжи.
Но мы помним цели игры,
и мы также сильны и бодры,
и мы размещаем рекламу на спичках,
от которых зажгутся костры! 
 
И чем эта ироничная аллюзия на Цоя хуже ставшей уже классической игры смыслов из песенки «Високосного Года», где «мы могли бы служить в разведке, мы могли бы играть в кино» и неясно, надо ли ставить в кавычки слово «кино»? Да ничем, по-моему. Вот только ирония у Павла Серякова – именно он автор текстов «Сегодня в Мире» – слишком горькая и диагноз чересчур неутешительный, с такими текстами на «Рождественские встречи» не позовут и «Песня года» мимо пройдет. И даже на радио не поставят, там попопсовей надо. 
 
Но Павел не унывает, а 15 сентября собирается даже вместе с Ильей Сосницким отыграть концерт в Рязани, в кафе-клубе «Старый парк». Заходите, должно быть интересно.  
 
– Павел, откуда взялось название «Сегодня в Мире», повторяющее название 15-минутной передачи советских времен, посвященной международным событиям? Почему был сделан такой выбор? Вроде бы песни группы к политике никакого отношения не имеют – в них куда больше «лирики», нежели «социальщины».
 
– Когда придумывается название для проекта, конечно, ищется что-то с более-менее глубоким смыслом. Потом этот смысл теряется, и очень скоро название не несет никакого смысла, кроме, собственно, названия проекта. «Машина времени», «Ногу свело», «Аквариум» – для всех это просто названия групп. Никто не представляет себе непосредственно устройство для путешествия во времени, ножную судорогу или аквариум для рыб. Мы выбрали свое название, потому что оно тогда казалось нам подходящим, имеющим смысл – вот и все. 
 
– Насколько я знаю из видеозаписи, кочующей по интернету, песня «Звездный мальчик» посвящена Алексею Рыбникову. Я правильно понимаю, что именно Алексей Львович – ваш любимый композитор среди живущих? Мне так кажется, потому что дух ваших песен – он как раз из советской киномузыки времен ее расцвета, 1970–80-х, когда и Рыбников написал свои лучшие вещи, и рядом творили Гладков, Крылатов, Дашкевич, Таривердиев, другие отличные композиторы, чье значение для нашей культуры, по-моему, так до конца и не понято. 
 
– Рыбников – мой любимый композитор, его мелодия из мультфильма «Праздник непослушания» была первой мелодией в моей жизни, которую я сознательно запомнил. Но нельзя сказать, что песня посвящена непосредственно Алексею Львовичу, хотя аллюзии на Рыбникова в песне так и слышны, – полагаю, он в таких посвящениях и не нуждается, мы ему посвящали только первое публичное исполнение этой песни на презентации нашего первого альбома.
 
– Когда я услышал «Звездного мальчика» – с этой песни и началось мое знакомство с группой «Сегодня в мире» – то сразу понял, что играют музыканты «Високосного года», уж слишком оказался похож музыкальный «почерк» в аранжировке. Да и во многих других песнях «Сегодня в мире» такая похожесть легко угадывается. Навскидку мне кажется, что и в «Високосном Годе» именно вы с Ильей Сосницким делали, в основном, аранжировки, и фактически прекращение деятельности этой популярной группы связано именно с вашим уходом. Это действительно так? И почему такой успешный и симпатичный проект в один прекрасный момент взял, да и рассыпался? 
 
– Наш уход был связан с фактическим прекращением музыкальной деятельности в группе вообще. Песен новых не было, старые играть уже надоело, поэтому концертов было мало. Ничего интересного в группе больше не происходило, поэтому мы и ушли. А аранжировками занимались – да, мы с Ильей. Последняя наша работа –  песня «Никого, кроме тебя», там целиком и полностью наша аранжировка, мы все сделали вдвоем.
 
– Заканчивая тему «Високосного Года»: с Ильей Калиниковым вы поддерживаете отношения?
 
– Нет, мы не общаемся с момента нашего ухода. Бывает, люди расходятся, но поддерживают отношения. А бывает – расходятся, чтобы не поддерживать. У нас – как раз второй случай.
 
– В другие проекты вас с Ильей, наверное, до сих пор зовут? 
 
– Илья с 2009 года и по настоящий момент участвует в проекте «Xuman» – играет там на клавишных, на гитаре, занимается аранжировкой и является соавтором музыки и текстов. Было предложение о коллаборации с одной поющей девушкой, но нам показалось, что это из серии «скрестить ужа и ежа», и мы отказались. Мне еще предлагали посотрудничать с Игорем Бычковым, группа «Алоэ», но я не нашел, чем мог бы быть полезен этому проекту. Я полагаю, моя главная ценность – это песни, музыка, аранжировки, и в этом качестве я вряд ли могу быть полезен стороннему проекту.
 
– Записано уже три альбома, но ваши песни до сих пор не звучат по радио. Почему? Ведь многие из них ничуть не хуже песен «Секрета», допустим, или того же «Високосного года», до сих пор часто звучащих из радиоприемников. Казалось бы, поп-рок, мелодичный, грамотно записанный, красиво аранжированный, вдобавок с неглупыми текстами – чего еще надо программным директорам? Или, может, вы просто не пытались «раскрутиться» через радиостанции? 
 
– Мы пытались. Программным директорам, по большому счету, наплевать и на поп-рок, и на аранжировки, и на тексты – их интересуют только рейтинги радиостанции. Поэтому они предпочитают ставить набившие оскомину, но «любимые» публикой песни, нежели рисковать и ставить что-то новое, пусть и хорошее. Плюс к этому предпочтение отдается «развлекательным» песням, а у нас таких нет в принципе.
 
– Отчасти я их понимаю, потому что есть некое противоречие между изящностью музыки и аранжировок и слишком насыщенными для подобного «легкого жанра» текстами многих песен. Но этим, по-моему, вы и уникальны в нашей песенной культуре. А вот сами вы считаете именно такую свою манеру недостатком или достоинством? Никогда не пробовали искусственно «прогнуться», специально написав более «легкий» текст, например? Или, напротив, слегка «утяжелив» музыку?
 
– Я считаю, что недостатки – это продолжение достоинств. И наоборот. У нас такой стиль изложения, и я ничего не могу с этим поделать. Песня пишется так, как пишется, и аранжируется так, как ей требуется. Какие-то песни звучат полегче, какие-то – потяжелее. «Гнуть» песни в разные стороны в угоду программным директорам радиостанций – дело заведомо невыгодное. И песню испортишь, и в эфир не попадешь. Или, хуже того, попадешь с испорченной песней и станешь известен. Придется и дальше портить песни, писать все хуже, аранжировать все хуже и пополнить шоу-бизнес еще одним никчемным и бездарным проектом. Это не наш путь. 
 
– Отточенность аранжировок – ваше безусловное преимущество по сравнению со многими другими проектами, сразу видно, что вы к ним очень тщательно относитесь. И альбомы, судя по новостям на вашем сайте, пишете довольно долго. Вы вообще перфекционист по натуре? 
 
– Не совсем. В музыкальной работе мы «за вшами не гоняемся», не пытаемся «вылизать» все до кошачьего блеска. Ко всем звукам относимся трепетно и музыкальное решение всегда ищем очень тщательно, но, как правило, это не занимает много времени. Свой первый альбом «Все, что есть» мы записали за полгода. С альбомом песен Новеллы Матвеевой провозились где-то год – долго искали нужных исполнителей. А вот работа над последним альбомом «Все не зря» шла в общей сложности года четыре. Но не из-за перфекционизма, а в силу других обстоятельств разного рода.
 
– Немного наивный вопрос: а какие из собственных песен кажутся вам наиболее удачными? Вот мне, например, особенно нравятся неожиданно жесткая для вас «Пожарные ждут звонка» и, пожалуй, романтический «Солнечный зайчик». А у вас какой внутренний хит-парад собственных песен, если он есть? И насколько он совпадает с мнением ваших поклонников?
 
– У меня внутреннего хит-парада собственных песен нет. Я их все считаю хорошими и интересными, на все потратил много сил и времени и не могу отдать предпочтение той или иной песне. Если бы я считал, что какая-то песня получилась не очень удачно, она бы просто не покинула пределы студии. Поклонники предпочитают разное. Как правило, для начала что-то более «хитовое» – «Звездный мальчик» или «Две остановки». А потом – полный разнобой, даже песня «Как вор» кому-то нравится.
 
– Интересно, много ли среди ваших нынешних поклонников людей, когда-то слушавших «Високосный Год». Мне кажется, многим из них должно быть близко творчество «Сегодня в Мире». 
 
– Не очень много, насколько я знаю. Для многих, «Високосный Год» – это, прежде всего, вокал Калинникова, поэтому нас они за отсутствие такого вокала не любят.
 
– Один из альбомов – не совсем ваш, там вы аранжировали и записали песни Новеллы Матвеевой. Откуда взялась идея записать такой альбом? От кого исходила инициатива: от вас или от этой заслуженной бардессы, сказавшей потом про вашу работу много добрых слов? Вроде бы авторская песня, да еще середины прошлого века – далекий от вас жанр. 
 
– Само понятие «авторская песня» мне не очень нравится: как будто бывает не авторская песня... Песни Новеллы Матвеевой нам очень близки, хоть они совсем и не похожи на наши собственные. Этот альбом – дань уважения прекрасным, практически забытым песням, и их прекрасному, практически всеми забытому автору. Идея такого альбома родом еще из «Високосного Года», мы об этом говорили году в 1994–95-м. Но, как и со многим другим, дальше разговоров дело не пошло. А уйдя из «Високосного Года», мы решили эту идею воплотить. Ведь, помимо всего прочего, песни Новеллы Матвеевой так и просятся в аранжировку, и у них нет вот этого порога –  «не споет никто, кроме». Поэтому у нас на альбоме много разных вокалистов.
 
– А где вы нашли для этого альбома изумительную вокалистку Вику Купину, которая спела «Золушку», «Дома без крыш», «Девушку из харчевни», «Луну»? Что с ней сейчас?
 
– Ну, у нас тут город маленький. Если нужна вокалистка, вариантов, где ее поискать – раз, два и обчелся. Так и нашли. Сейчас она повзрослела, учится где-то в Москве. Той очаровательной, детско-юношеской открытости и честности в вокале уже нет...
 
– Сами-то вы разве не в Москве живете? 
 
– Нет, мы из Фрязино. Там родились, там и живем.
 
– Кстати, «продвинуться» с этим альбомом в бардовской среде вы не пытались? Допустим, на Грушинском фестивале, скорее всего, приняли бы ваш концерт с программой песен Матвеевой «на ура». 
 
– Насколько я знаю, сама Матвеева в бардовской среде не очень популярна. И нам популярность в бардовской среде нахрен не нужна. Записав такой альбом, мы уже вывели песни из разряда «бардовских», и нечего ловить популярность в этой тусовке. Там в аранжировках не разбираются, там другое в чести.
 
– Вы так уверены в этом? На Грушинских фестивалях последнего времени наблюдается «мультиформат», даже таким прекрасным инстументалистам как Алексей Архиповский и Иван Смирнов там находится место. Конечно, «рулят» по-прежнему КСПшники, но происходит это, скорее, по инерции, а вообще-то выросло уже не одно поколение и авторов, и их поклонников, для которых, допустим, Гребенщиков или Ревякин – люди куда более актуальные, чем Визбор или Городницкий. Они постепенно сменяют убогих КСПшников, из-за которых и сложился такой неприглядный образ «авторской песни» как трехаккордных попевок «о природе и о лесе».  
 
– Вы знаете, я не против выступить где угодно, если пригласят и заплатят денег – выступать бесплатно я не намерен нигде. Достаточно того, что мы бесплатно раздаем все свои записи. К тому же, мы люди взрослые, и желания показать себя непременно везде не испытываем.
 
– Недавно вы заявили на своем сайте, что прекращаете деятельность группы «Сегодня в мире». С чем это связано? При этом вы все равно иногда даете концерты, хотя и в усеченном составе, вдвоем с Ильей Сосницким.  
 
– По поводу прекращения существования проекта я писал большое объяснение на сайте и в ЖЖ. Если вкратце, сил, времени и денег в проект было вбухано очень много, а отдача оказалась очень малой. Продолжать работать в таком же ключе я считаю бессмысленным. Концерты мы играем, только если нас об этом очень просят. Состав у нас не усеченный, а основной, другого нет. В расширенном составе, с барабанщиком, клавишником и басистом мы сыграли ровно два концерта в 2007 году, больше такого не было из-за отсутствия спроса на наши выступления. Хоть концерты изредка бывают и даже песни новые пишутся, я все же не считаю это полноценной работой проекта, и по-прежнему считаю его закрытым. Вот и в Рязани скоро будет концерт закрытого проекта «Сегодня в Мире». 
 
 
Солнечный зайчик
 
Мы вступаем в новую жизнь, 
где все друг другу что-то должны,
а у нас все будет иначе...
Мы не разделим их стресс и невроз – 
общественный вес и карьерный рост
для нас ничего не значат...

И нам не нужно менять этот мир, 
а нужно, согласно теории игр,
немного терпения, сил и удачи...
Мы увидим, как мир изменится сам, 
и отблеск счастья по нашим сердцам
скользнет, как солнечный зайчик...

Казалось, легко
устроить мир целиком,
и просто быть всегда вдвоем...
Но время незаметно пролетело, .
мы уже слишком многим связаны
и то, что раньше нам просто хотелось,
теперь мы просто обязаны...

Мы понимаем в какой-то момент, 
что возраст – не только 
                                                количество лет,
но и скорого времени скромная помощь...
Этот волшебный дар 
                                     выше всяких похвал, 
но жизнь похожа на сказочный бал — 
все волшебство исчезает в полночь...

И вот с последним ударм часов
превратятся бокалы «XO», 
строгий фрак, и вечернее платье – .
в пижаму и халат, и «Осмо-Адалат»
на тумбочке возле кровати...
 
Казалось, легко
устроить жизнь целиком,
и просто быть всегда вдвоем...
Но время незаметно пролетело,
мы уже слишком многим связаны,
и то, что раньше нам просто хотелось,
 теперь мы просто обязаны...
Анатолий ОБЫДЁНКИН