Новая газета
VK
Telegram
Twitter
Рязанский выпуск
№30 от 18 августа 2022 г.
Омиш – хорватская Солотча с морским пляжем
О том, что Омиш и Рязань в 2003 году подписали соглашение о партнерстве, в Рязани мало кто знает.


Направление на Омиш никогда не было отмечено на столбе-указателе посреди рязанской улицы Почтовой. Информация об Омише (впрочем, как и о сербском Крушеваце) отсутствует на интернет-страничках администрации и гордумы.

Впрочем, в 2023 году двадцатилетний срок соглашения истекает и продлевать его, скорее всего, не будут – связей нет, особого интереса тоже.  


Омиш – вид сверху

Договор-невидимка

Омиш на 25 километров отстоит от одного из главных хорватских курортов Адриатики – города Сплит. Он находится на большой туристической дороге и этим напоминает рязанскую Солотчу. Только с морским пляжем.  

Пляжи в Омише есть на любой вкус. С камнями или песком. С соленой морской водой или с пресной речной, потому что река Цетина именно возле Омиша впадает в море. По воде снуют весельные и моторные лодки.    

 
Каменный пляж (на фото сверху) и песчаный (снизу)



Мой визит состоялся весной 2019 года, и поэтому ничто не мешало мне обратиться в местный орган власти. В небольшом трехэтажном здании на углу улицы краля Томислава, правителя X века, работают местный градоначелник (по-нашему глава администрации) и градско вече (горсовет).

– Я живу в русском городе, у которого с вами есть договор, – обратился я к женщине, которую мне представили как секретаря по культуре и международным связям.

– А откуда вы это знаете?

– Это даже в Википедии пишут, – ответил я. – Просто мне интересно: у вас об этом так же мало кто знает, как и у нас?


Мэрия

Дама поискала в компьютере документы за 2003 год и с удивлением нашла pdf-файл с договором. Под ним стоят фамилии тогдашних наших мэров – Павла Маматова и Ивана Шкаричича. В документе сказано, что Омиш будет принимать рязанских музыкантов, танцоров и художников, а Рязань – омишских. «Интересно было бы провести фестиваль вроде «Черного кота» на берегу Адриатики», – подумалось мне.        

– Большой ли у вас город в России? – спросила меня секретарь по культуре.  

– Полмиллиона человек.

– Что вы говорите! У нас в Омише живут семь тысяч человек. Если в каждую семью, кто сдает квартиры или дома, приехали хотя бы по три гостя за лето, для вас это было бы почти ничто, а для нас – хорошая прибыль!


Центральная улица

Оказалось, что на тот момент, то есть в 2019 году, в Омише отдыхали сплошь немцы и чехи. Почему чехам здесь особенно рады? Во-первых, с ними можно говорить не по-английски («У них язык почти как у словенцев, мы все понимаем»), а во-вторых, покровитель Омиша – чешский святой Ян Непомуцкий.

Наследство пиратов

В Омише две крепости – поднимающаяся на 30 метров над городом Пеовица (Мирабелла), в которой горожане встречали врага с XIII века, и Стари Град, возведенный пиратами на высоте 200 метров, – там они хранили награбленные сокровища.


Крепость


Крепость вид с улицы

Дорогу к Пеовице находишь не сразу: кажется, что ближе всего туда подниматься от набережной речки Цетины, от сохранившейся древнеримской колонны.

– Вы же в крепость идете? – окликнула меня женщина с балкона. – Это не здесь, это вам надо c улицы Юрья Шубича идти.

– Спасибо! А почему вы решили выйти и это мне сказать?        

– Потому что многие туристы ошибаются и заходят в мой двор, а там натыкаются на стену… А вы, я слышу, хорошо по-хорватски говорите.  

 
Памятник защитникам 

В четырех республиках бывшей Югославии – Черногории, Сербии, Боснии-Герцеговине и Хорватии – говорят примерно на одном и том же языке, кроме некоторых слов. Но во всех странах называют этот язык своим именем: «Како добро говорите сте хрватски!», «Како добро говоришь си црногорски!»

Подъем в крепость непрост, а в самом конце, чтобы попасть на верхушку башни, надо пролезть в узкое окно по железным скобам. Зато вид сверху открывается прекрасный: и на морской пляж, и на острова в Адриатике, и на реку Цетину, в ущельях которой в 1960-е годы снимали некоторые сцены из фильмов про индейцев с югославским актером Гойко Митичем.  



Я снова спустился на главный проспект в центре города – улицу Фошал. На ней много магазинов, заведений общепита, мини-рыночки с лотками и палатками. Около одного кафе висело объявление: «Требуется помощник по кухне. Молодая особа, способная работать. Оплата 7000 кун». Местная валюта в то время была в девять раз дороже рубля.

– А что делают помощницы повара, которых вы ищете? – спросил я у бармена.

– Рыбу потрошат, овощи чистят и режут. Работа два вечера с 15:00 до часа ночи, затем два дня отдыха.

«М-да, – подумал я, – отмени визы, как это было до 2013 года, так рязанцы могут сюда не только отдыхать устремиться, но и работать за 63 тысячи рублей в месяц…»

Между прочим, от причалов Омиша после обеда отходят теплоходы, внешне стилизованные под пиратские парусники. Восьмичасовая (с 15:00 до 23:00) прогулка с ужином стоила тогда 150 кун с взрослого и 80 кун с подростков. В Рязани, увы, целый день в роли пирата за 1350 рублей не поплаваешь и не попируешь. За один час прогулки на теплоходе по Оке с вас норовят взять 500 рублей – не наливая вина и не предлагая шашлык.

Сколько стоят мороженое и свобода

Ряд островов, прикрывающих Омиш от открытого моря на расстоянии шести-семи километров, оберегает пляжи города от штормов. Здесь не бывает больших волн. Дети строят песочные замки и бросают их вечером, не боясь, что за ночь башни и стены смоет.


Гавань

Зато погода может два раза поменяться в течение часа. Вдруг с гор спустится туча, прольется дождем, а потом снова засветит солнце.

На пляже Омиша стоит ряд павильонов из каркасов и стекла, как бывшая рязанская «Снежинка». В них наливают кофе (в том числе черный из холодильника), лимонад, продают мороженое. В меню есть печенье и пирожки по 10 кун, а есть какие-то эксклюзивные штрудели с лимоном по 60 кун – практически на любой кошелек.

– Вы меню читаете, как будто никогда у нас не были, – заметил юноша, стоящий в этой каване (кофейне) за прилавком.

– На самом деле я в вашем городе в первый раз.

– Не бойтесь, у нас не Италия, тут недорого. Самое дорогое, что было, наши люди уже сами заплатили, свою свободу. Видите вон тот зеленый памятник на берегу? Это моему деду памятник. И другим, кто в 1992 году погиб.

После тех конфликтов во всех бывших югославских республиках людям словно сделали прививку от агрессивности. «Всё, больше никаких пушек и пулеметов, – говорили мне многие жители разных стран. – Неважно, чей тот город или та гора, лишь бы из-за них не надо было больше гибнуть».

Мне кажется, рано или поздно они окончательно помирятся.

Путевые заметки Владимира Фролова из других городов-побратимов: 

Где Маркони победил, а Барбаросса не прошел

Ловеч забывает про Рязань

Самый близкий побратим

Европа,в которой нас ждут 

Скидка за побратимство 

Подписывайтесь на телегу «Новой», чтобы наши новости сами находили вас  

Владимир Фролов